Сейчас Андрей Васильев работает над новым циклом – в жанре городского фэнтези. На платформе уже выходит второй роман – "Тайные тропы". Его главный герой – обычный человек Максим Чарушин, только он занят необычным ремеслом – помогает не совсем людям (например, ведьмам или колдунам) с решением их не совсем человеческих "хотелок".
![Андрей Васильев: "Мне почему-то подумалось: интересно, что же происходит на кладбище ночью?"](https://static.gazetametro.ru/media/20240130190152/bca4481d-7848-49f6-9de6-d9f751ed43cc.jpg)
Вы работаете над новым циклом. Он как-то связан с остальными книгами?
– Новый цикл – часть большой, применим громкое слово, вселенной "Мир ночи". В неё уже входит три цикла, все они посвящены разным героям, но время от времени они пересекаются между собой. Читатели любят такие кроссоверы. А мне нравится раскрывать персонажей и мир с разных сторон. И новый цикл – это взгляд уже с четвёртой стороны, со стороны обычного человека, лишённого каких-либо сверхспособностей, но вовлечённого в ночную жизнь Москвы.
Как вы пришли к замыслу такого масштабного городского фэнтези?
– Он появился совершенно внезапно. Мы ехали на машине мимо кладбища, там у них есть такой, скажем, чёрный ход, где нет цветов, но зато ходят какие-то узбеки с тележками. И мне почему-то подумалось: интересно, что же здесь происходит ночью? Не в ракурсе "страсти-мордасти", а просто – какая она, жизнь после смерти в самом буквальном смысле. Сложилась первая глава, а о жанре я особо не задумывался.
У вас образование юриста. Как вы начали писать?
– Я работал в банке на достаточно серьёзной должности. Мой шеф перешёл в другую организацию и утащил меня с собой – нормальная практика. Мне достался кабинет, секретарь... То есть всё, кроме работы, потому что делать там было вообще нечего. Как раз в то время у Дема Михайлова – моего друга и наставника – подвисло написание цикла "Вальдира", и я начал писать по нему фанфик. Но в нём скоро стало тесно, как слону в посудной лавке, поэтому из фанфика я создал свой мир. Выложил на платформу первую главу в пятницу, уехал на дачу. Вернулся в воскресенье, а там на три страницы комментариев: "Где продолжение?" Это было приятно. Я даже ни в одном конкурсе не поучаствовал! А, вру – в одном. Но снял книгу за день до объявления результатов. Не потому, что я такой хороший, а потому, что понимал, что мне уже смысла в этом нет, а кто-то другой, может, порадуется.
Но благородством всё-таки тянет...
– Может быть, может быть... А может, и страхом! Может, меня бы не выбрали? Начал бы в себе копаться...
Второй роман цикла выходит по главам каждую пятницу. Есть плюсы в таком формате?
– Это очень удобно – есть фидбэк. Благодаря тому что на платформу главы своих книг я выкладываю по мере их написания, критика и отзывы читателей помогают увидеть то, что можешь не заметить самостоятельно. И бывает, читатели указывают на какие-то несоответствия, ребята с Урала (во второй книге герои отправятся именно туда) дают советы, правят неверные названия. Потому что Интернет тоже знает не всё.
То есть мелочи важны?
– Если в книге я пишу про какую-то улицу, то она есть. Дом, который на ней стоит, тоже есть. Если я пишу, что этот дом построен как доходный в XIX веке, значит, это так. И дом на Садовой-Триумфальной, где жил один из героев цикла, он именно такой. И там действительно периодически проходят миграции мышей! Ну, проходили, там уж не знаю... А как-то я писал полторы страницы почти два дня, потому что мне надо было выяснить, где продавались папиросы "Моя Маруся". Продавались они только на Дальнем Востоке и в Средней Азии. А какие поезда ходили в то время? Какие вагоны? Для меня эти мелочи принципиальны.
"Мне неинтересно работать в трендах. Если мне тематика неинтересна, то я не буду в ней работать, даже если это сейчас очень хорошо продаётся".
Андрей Васильев, писатель
А критику в режиме реального времени воспринимаете? Позволяете ей влиять на сюжет?
– Менять что-то просто в угоду читателю я не стану – такой у меня принцип. Но от конструктива не отказываюсь. Совсем недавно был пример, я убрал персонажа Гелю из поездки на Урал. Читатели убедили меня в том, что этот поступок нелогичен. Он противоречит случившемуся ранее. Я согласился, убрал её из той поездки и отправил на Урал, но через четыре главы. План-то свой я менять не собираюсь. Она мне там нужна. Значит, она там появится – просто по-другому.
А если критика неконструктивная?
– Я давно стал более толстокожим и прекрасно понимаю, сколько в Интернете обитает троллей. Вот был у меня один человек, который, как только выходила книга, появлялся с комментарием о том, как это в общем всё хреново. И в следующей своей книге я его сбросил с корабля. Его разорвало на две части и ещё акулы сожрали. И не узнать себя он не мог. Там такой никнейм, что случайно не придумаешь. И что думаете? После выхода книги комментарий был такой же, как и всегда. А однажды я сломал четвёртую стену для обитателей одного пиратского сайта... Я знал, в какой момент они украдут книгу, и вставил туда кусок, в котором герои начинали общаться с обитателями этого самого сайта. Этот кусок был только там! Сразу после того, как книгу украли, я убрал его из текста. Что приятно, обитатели сайта мой выпад оценили.
Герой нового цикла довольно знакомый нашей аудитории типаж. Не страшно было с ним работать?
– У меня многие книги начинаются со штампа, и мне это нравится. Нет в этом слове ничего плохого, читатели любят штампы! Дело в том, куда ты из него вырулишь – в оригинальную историю или в такую, которую рассказывали уже тысячу раз? Я надеюсь, что в оригинальную. Но об этом не мне судить.