МОСКВА

Уличного исполнителя “Катюши” безуспешно хотят увековечить

Metro выяснило, что мешает доброму делу
Баянист из перехода Владимир Панфилов.
скриншот с канала chelovechische2009 на YouTube

– Зайдя сегодня в управу по делу, обнаружила, что на стойке гардероба лежит папка для сбора подписей в поддержку создания и установки памятника баянисту, долгое время игравшему в переходе на 1905 года, Владимиру Панфилову, – с некоторым недоумением написала в районной группе местная жительница Катерина. – Сбор инициирован Советом депутатов. Желающие могут подойти и оставить подпись. 

С этих слов в этом декабре начался новый виток общественного обсуждения доброй инициативы, которой скоро стукнет два года: установить памятник знаменитому на всю Москву баянисту Владимиру Панфилову.   

– Когда вы выходили из станции метро "Улица 1905 года" из хвостового вагона из центра и поворачивали направо, вы встречали этого замечательного человека, который играл на баяне и пел, – рассказал Metro муниципальный депутат Пресненского  округа и директор школы № 1241 Антон Алексеев.

Возле станции метро "Улица 1905 года" Владимир Устинович Панфилов провёл 15 лет. Одетый в потертый, но опрятный пиджачок, из тех, в каких ходили по Москве послевоенные победители, только что сменившие форму на гражданку, он всегда выглядел и вёл себя очень скромно. Денег ни у кого не просил, кто хотел – давали сами. Каждое утро Владимир Устинович тащил к метро небольшую тележку, на которой ехал баян, усаживался на потёртый складной стульчик и начинал концерт.   

– Пел он старые советские песни. "Катюшу", например, – говорит Алексеев. – Как он пел, сказать трудно. Вряд ли Марк Бернес был выдающимся оперным певцом. Но “Враги сожгли родную хату” в его исполнении заставляла фронтовиков плакать. И вряд ли эту песню спел бы так Евгений Нестеренко, хотя это великий оперный бас. С Панфиловым было то же самое. Он пел по-человечески. Мы же улыбаемся вовсе не потому, что слышим голос Карузо, а потому, что слышим родные мелодии.

Своей “Катюшей” Панфилов заставлял улыбаться, а то и плакать всю Пресню. Он был известен местным жителям, как может быть известен дворик с уютной скамеечкой или церковные купола в конце переулка. Да вот беда, он умер в июне 2019 года. При жизни став символом "музыканта для людей", он и умер символично. Во время "концерта" у Владимира Устиновича прихватило сердце. Скорая приехала, когда помочь уже было нельзя. К тому моменту о баянисте с Пресни уже был снят документальный фильм, историю его переезда из Тамбова в столицу, чтобы играть на рынках и лечить больную жену, знала вся Москва.  

– Это был человек, который улучшал настроение всему району, – говорит Алексеев. – Когда среди дел, суматохи и всего прочего вдруг слышишь что-то живое, что любишь, на чём был воспитан, это добавляет хорошего в твою жизнь. Просто улыбнуться лишний раз – это уже хорошо. 

Первыми спохватились жители Пресни. Уже на следующий день после смерти музыканта его "рабочее место" превратилось в стихийный мемориал. Пресненцы приносили цветы и фотографии Владимира Устиновича и поминали баяниста добрым словом. На волне энтузиазма жители создали петицию с предложением установить если не памятник, то хотя бы мемориальную табличку в память о музыканте. 

Муниципальные депутаты Пресненского округа со своей стороны поддержали хорошую инициативу и предложили увековечить имя скромного исполнителя “Катюши” памятником, поставленным на народные деньги. Именно так, на пожертвования благодарных россиян, ставились памятники Минину и Пожарскому на Красной площади и Николаю Гоголю на Гоголевском бульваре. Однако согласно законам Москвы, поставить памятник баянисту депутаты могут только, если народ поддержит эту идею. А между тем быстро вспыхнувший энтузиазм угас также быстро. Петиция собрала всего 252 подписи, а два года обсуждения в соцсетях так и не привели ни к чему. "Памятная табличка нужна не ему, а нам", – считают одни. "А что он такого сделал?" – недоумевают другие. В итоге воз и ныне там. 

– Мы следим за тем, что пишут об этом в районных соцсетях и видим, что мнения разделились, – говорит депутат Алексеев. – Кто-то пишет, что баянист заслужил памятник, кто-то возражает и говорит, что не хочет видеть всю Пресню в бронзовых людях. Вот ждём, когда жители выработают какую-то единую точку зрения.